Мой предмет самый…

Журналистский из всех предметов.

Первый день на журфаке запомнился мне

Я не помню свой первый день на журфаке.

Сессия — это время…

Когда студенты неожиданно интенсивно начинают читать. При этом так же неожиданно обнаруживают, что они любят русскую литературу. Очень страстно уверяют меня, что наконец узрели «вкус» и теперь будут читать самостоятельно. Разумеется, я никому не верю.

Коллеги меня…

Коллеги держатся со мной на расстоянии.

В детстве я хотел стать…

Не помню, кем я хотел стать, но родители хотели, чтобы я пошел учиться на медика, так как они боялись, что меня могут забрать в армию. А все дело в том, что у меня было плохо со всякими математиками.

Студенты журфака — они как…

Они интереснее, чем студенты филфака. В силу их склонностей к творчеству они знают, что такое «гонорар» и, порой, делают очень интересные выходы к жизни.

Больше всего мне не нравится в себе…

Моя доброта к людям.

В свободное от работы время я…

В свободное от чтения книг по работе время я читаю книги ради отдыха.

Больше всего я ценю в людях…

Профессионализм. Это всегда честность по отношению к себе и другим. Это позиция, а не поза. Это всегда то, чего так не хватает людям в нашей стране.

Мой девиз по жизни…

«Прямая — короче, парабола — круче».

Лучше всего я умею…

Читать.

Студентом я был…

Сложным, но учился вполне прилично.

Моя первая встреча с Лозовским…

Полна антагонизма. На одной из студенческих конференций, когда мы все были на втором курсе, девочки журфака пожаловались Борису Николаевичу (который на тот момент был то ли староста, то ли комсорг), что я пришел и отнял у них стул (или стол). А я просто взял это в свои большие руки и вынес из аудитории. Это был наш этаж, и мне для чего-то общественного это было нужно. Ничего личного. Лозовский пришел по просьбе девочек, посмотрел на меня, ничего не сказал и ушел. После этого мы лет пять не общались.

Рассказать друзьям

Оставить комментарий